Специфика гуманитарного познания в учениях баденской шкоды неокантианства

Неокантианцы баденской школы много размышляли о спе­цифике и методах гуманитарного познания. В центре их раз­мышлений стояла культура (т. е. именно то, что Дильтей считал предметом «наук о духе»). Однако их не устраивал психологизм подхода Дильтея и других представителей «философии жизни».

Руководящую нить для осмысления культуры неокантианцы находили в априоризме и трансцендентализме И. Канта. Кант объяснял научное знание с помощью особой априорной синте­зирующей деятельности рассудка и чувственности. Он показывал, что результатом этой деятельности являются, с од­ной стороны, мир опыта, природа, а с другой — научное знание о ней.

В других частях своей философской системы Кант рассмат­ривал этику и эстетику, доказывая, что в основе общезначимых принципов этики и претендующих на общезначимость сужде­ний вкуса тоже лежат априорные принципы. Наличие этих принципов в разуме субъекта является ключом к пониманию че­ловека, его достоинства и предназначения в мире.

Следуя Канту, неокантианцы баденской школы исходили из убеждения, что вся человеческая культура обусловлена всеобщи­ми априорными предпосылками разумной деятельности как тако­вой, — некоего творческого априорного синтеза. «В сознании творческого синтеза культура познала самое себя, ибо в глубо­чайшей сущности она и есть не что иное, как этот творящий синтез», — писал лидер баденской школы Вильгельм Виндельбанд (1848-1915) [.Виндельбанд, 1995, с. 14].

Страницы: 1 2 3 4 5

Сентябрь 3, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.