Эволюционная эпистемология К. Поппера и С. Тулмина

Свою позицию ван Фраассен противопоставляет позиции «реалистического эмпиризма», в которой утверждается, что «кар­тина мира, которую дает нам наука, является истинной карти­ной мира, верной в своих деталях, и сущности, постулируемые в науке, действительно существуют: наука продвигается посредст­вом открытий, а не изобретений… Цель науки — дать нам ис­тинную историю того, как выглядит мир; и принятие научной теории включает веру в то, что это есть истина» [Ibid., р. 7—8]. Эту позицию, которая у ван Фраассена фигурирует под именем «научного реализма», современные философы — защитники реализма отождествляют с описанной выше позицией «метафи­зического», или «наивного», реализма. Ван Фраассен считает, что «эмпиристская критика знания подрывает все основания у научного реализма» [Ibid., р. 286]. Этот тезис в определенной степени подтверждают и сами «реалисты»: «Я согласен с ван Фраассеном, что форма научного реализма, которую он подвер­гает сомнению, не выдерживает критики», — говорит Эллис [Ibid., р. 48].

Спор реализма и конструктивизма имеет соответствующую проекцию на вопрос об истинности: в конструктивизме для кри­терия истины просто нет места — изобретения оцениваются с точки зрения эффективности, а не истинности, а в реализме есть простой критерий истины как соответствия факту, назы­ваемый корреспондентной концепцией истины. «Наиболее уяз­вимым местом критикуемого ван Фраассеном «метафизическо­го реализма» является «корреспондентная теория истины» и вытекающая из нее апелляция к «объективному миру», «транс­цендентальной реальности», иначе говоря, «онтологии», кото­рая не постулируется теорией, а предпосылается ей, — говорит В.Н. Порус в обзоре, посвященном «научному реализму». — Фактически метафизический реализм использует кантовское понятие реальности как «вещи в себе», но пытается соединить несоединимое: утверждает познаваемость того, что по самому смыслу кантовского понятия является непознаваемым; отсюда эклектичность и непоследовательность этой концепции… Лишь немногие отваживаются на «метафизический реализм», требую­щий защиты теории истины как «соответствия с реальностью», или «корреспондентной теории истины» [Порус, 1984, с. 11, 15].

«С моей точки зрения, — пишет представитель одной из раз­новидностей «научного» (здесь — в смысле «реформированно­го», «утонченного». — А.Л.) реализма X. Патнэм, — истина как понятие не имеет иного содержания, кроме правильной приме­нимости суждений… Истина так же плюралистична, неоднознач­на и незамкнута, как и мы сами» [цит. по: Там же, с. 13] «Реа­листы», в отличие от инструменталистов, — говорит представи­тель другого течения «научного реализма», ищут необходимую связь между утверждениями науки и объективной реально­стью. Но это лишь «цель и притязание» науки; само понятие реальности — это просто «вера в возможность истинного по­знания». «Реализм — это не собрание фактов о мире, а грань нашего представления о мире …[он] играет регулятивную роль» [Там же].

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Сентябрь 4, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.