Проблема в собственно этическом плане

Наконец, в-пятых, если даже человек совершает требуемые от него действия и сам «внутренне» понуждает себя к этому, то и в этом случае большое значение имеет, какими конкретно личными мотивами он при этом руководствуется. В исто­рии этики высказано большое разнообразие точек зрения по этому вопросу — от утверждений, что в морали имеет значение лишь мотив, по которому совершаются действия (киренаики, отчасти стоики, Шафтсбери, Кант, в известном смысле Сартр), до полного отрицания значения мотива в исполнении должного (Причард, Росс, Кэрритт); от признания подлинно моральным лишь чувства долга до усмот­рения добродетели лишь в спонтанно-непосредственном выражении склонности. Выбор мотива, по которому совершается действие, может иметь место постольку, поскольку одно и то же действие имеет обычно не одно, а несколько оснований. (Скажем, акт помощи другому может рассматриваться как исполнение общей обя­занности оказания благодеяний тому, кто в этом нуждается; как спасение близкого человека или вполне конкретного лица; как спонтанное выражение сочувствия и сострадания «живому человеку» или же как содействие общему делу, утверждение принципа равенства людей и т.п.) При этом каждый из возможных мотивов будет нравственным, но каждый будет по-своему характеризовать нравственный облик субъекта действия, показывая, как будет поступать этот человек в многообразных жизненных ситуациях.

Итак, с этой второй точки зрения во всех перечисленных случаях характер и Значение нравственного действия определяет воля, субъективный выбор, внутрен­няя настроенность человека, спонтанное чувство или его борьба с самим собой. Исключает ли эта «волевая» точка зрения первую, «рациональную»? Чтобы разо­браться в этом, рассмотрим еще один пример того, как в морали сталкиваются между собой принципы «истины» и «выбора», «знания» и «воли». Речь пойдет о совести. В истории этики и в современной буржуазной теории морали широко обсуждается вопрос: какое значение имеет внутреннее усмотрение человека в ре­шении о том, какие поступки человек должен совершать. Согласно одной из них, единственно, что может дать человеку подлинное решение возникающих перед ним моральных проблем и альтернатив, — это совесть, которая есть высшая способ­ность постижения моральной истины (П. Абеляр, Дж. Батлер, С. Кларк, И. Кант, Дж. Мур, Э. Фромм — см., напр., [187,184-221; 216, 50-51,155]).

Другая точка зрения: совесть есть лишь субъективный взгляд на вещи, не содер­жащий в себе никакой общезначимой истины; его внутренняя очевидность есть лишь согласие сознания с самим собой. Эта вторая точка зрения может иметь два совершенно различных смысла — либо дезавуирование совести как субъективного произвола (Гоббс [44, т. 2, 182], Гегель [40, т. 4, 339-348; т. 7, /75-/77], Ч. Брод [258, 77-79], П. Ноуэлл-Смит [265,270-285], P.M. Хеар [219, 43],

либо ее возвеличение в качестве «подлинно» морального чувства в противовес общезначимой истине (романтики, Киркегор, экзистенциалисты).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Сентябрь 19, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.