Общее и индивидуальное в нравственности

А в более позднее время, в период, предшествующий образованию государст­венности, в общественном сознании возникает устойчивая мысль об исключитель­ности и избранности отдельных личностей, призванных совершать необычные с точки зрения общепринятых норм поступки. Понятия «подвига» и «героизма» в их первоначальном смысле как раз и отражают эту ступень в развитии общественных отношений и сознания. Герой выступает как личность, коей предначертано совер­шать действия, недоступные для простых смертных. Но вместе с тем героические деяния — это предмет если не прямого подражания и повторения, то общего стремления и идеального образца («парадигмы») для всех. Если это и исключи­тельный человек, то и в том смысле, что он «человек в высшей мере», воплощение высших возможных достижений человеческого рода в целом (первые представле­ния о «сущности» человека «в понятии»). Так должное впервые становится инди­видуальным, исключительным, сохраняя при этом общеобязательное в известном смысле — в принципе — значение. Это такого рода общеобязательность, которая, с одной стороны, имеет силу положительного примера и высшего образца, а с другой — фактически не может стать повседневным правилом для каждого. Все­общность в принципе, но исключительность на практике — такова форма противо­речия между должным и сущим в понятии героического действия. Это противоре­чие между гипотетической и реальной всеобщностью требования разрешается впоследствии в категории нравственного идеала — в понятии, в котором позитив­ный образец постепенно утрачивает черты гигантомании и становится «подвижни­ком идеи».

Но это только начало того исторического движения в развитии нравственного сознания, которое впоследствии, в Новое время, например, способно в каждом конкретном случае различать общую норму и требование личного долга.

Страницы: 1 2 3 4

Сентябрь 16, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.