Личность в контексте моральных отношений

Итак, сфера действия экономики и область изучения политэкономии обладает специфической особенностью: здесь действуют статистические и динамические за­кономерности массового порядка, где индивидуальные «отклонения» взаимно уравниваются и не учитываются в общем движении. Агенты этого движения вы­ступают не как лица, обладающие всякий раз особыми мотивами, соображениями, свободой выбора и решения, а как олицетворения единых закономерностей, внеш­них их внутренним побуждениям и сознанию. Иначе говоря, в экономике люди испытывают на себе принуждение «естественного закона, действующего подобно закону тяготения»; его «участники здесь действуют бессознательно» [2, т. 23, 85]. С точки зрения политэкономии индивидуальность есть простая случайность, выпа­дающая из «общего правила». Такой взгляд на массовые действия — результат научной абстракции, подведения индивидуального под всеобщее, в результате чего «свобода воли» человека и выносится за скобки, рассматривается как нечто не относящееся к сути дела.

Приблизительно такую же картину мы наблюдаем, когда рассматриваем механизм действия простого обычая социологическим методом. Хотя здесь, разумеется, за отдельным человеком всегда сохраняется возможность поступить так или иначе, его «обычный», «правильный» поступок, не выпадающий из рамок исследу­емого нами механизма, есть лишь воплощение, олицетворение общего правила. Этот поступок совершается не по свободному выбору, а по логике статистически среднего и обще детерминируемого стереотипа и, даже более того, под жестким воздействием общности на индивида. Поскольку же человек совершает «противообычные» поступки (пусть даже при этом он притязает на их исключительную «правильность»), это всегда лишь «отклонение» от общего правила, случайность, словом, нечто выходящее за рамки механики действия собственного обычая.

Совсем иное дело в морали (и в этике, изучающей нравственность специфи­ческими методами). Здесь как раз наоборот, покуда человек поступает по логике общепринятого, но не «должного», постольку он ставит себя вне отношений собст­венно морали. Но даже в этом случае он может оставаться нравственной лично­стью, если способен в своем сознании критически относиться к массовым и своим собственным действиям (т.е. быть «внутренне», «духовно» свободным от того, что ему приходится делать в силу чисто внешних зависимостей, «возвышаться над ними субъективно», по выражению Маркса).

Но какое все это может иметь общественное и тем более историческое значе­ние? Ведь в социальном масштабе индивидуальные «отклонения», «исключения» и «субъективные переживания» стираются в массе статистически средних действий. В том-то и дело, что назначение и роль нравственности в общественной жизни выходит за границы этого «простого воспроизводства» наличных социальных ус­ловий. Она обнаруживает иную перспективу, другое протяжение человеческого бытия в истории.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Сентябрь 22, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.