Понятие нравственности и морали в этике Гегеля

Однако, на наш взгляд, неверно думать, что в ходе истории якобы совершается переход от обычаев (нравов) к морали, полное замещение одного другим. На самом деле происходит постепенное, занимающее неизмеримо длительное время, выделение и обособление морали из более простых механизмов регуляции, которые затем сохраняют свое значение, сосуществуют с нравственностью на всем протя­жении истории. Как бы ни была велика роль сознательной личности в морали, ее нравственную позицию нельзя свести к чему-то только субъективному, идеально­му, индивидуальному. В конечном счете, на уровне всеобщих, социально-исторических детерминант и значений морали, то или иное содержание нравственных убеждений определяется объективными законами и потребностями существования и развития общества в целом, и реализоваться оно может лишь в социальном масштабе, в качестве действительных законов жизни каких-то групп, классов, об­ществ, наконец, человечества.

субъективизация Гегелем морали и является причиной того, что он весьма критически относится к ее возможностям и значению в истории. Так, он отрицает за моральным воззрением способность познавать историческую действительность и законы ее развития, угадывать контуры будущего. Критика существующей ре­альности с позиции морального воззрения и противопоставление ей должного и лучшего миропорядка объявляется Гегелем «суетной мечтой». Затем оказывается, что моральные оценки и требования неприложимы к «всемирно-историческим дея­ниям и совершающим их лицам», что они могут быть уместны лишь в той сфере, «которую составляют образ мыслей частных лиц, совесть индивидуумов, их собст­венная воля и образ действий…» [40, т. 8, 64]. Так сужение понятия морали (сведение ее к явлениям индивидуального сознания) приводит Гегеля к отрицанию возможности нравственного суда над историческими деятелями и общественными событиями.

Поэтому-то мораль у Гегеля снова должна перейти в нравственность, но нрав­ственность уже иного порядка, чем простые нравы: это — разумность обществен­но-государственного устроения жизни. «Право индивидуумов на свое субъектив­ное определение к свободе находит свое исполнение в том, что они принадлежат к нравственной действительности», иными словами, являются гражданами «государ­ства, в котором господствуют хорошие законы». Вообще, «государство есть налич­ная, действительно нравственная жизнь» [40, т. 7,188; 8,37].

По существу, Гегель здесь проводит точку зрения, аналогичную просветитель­ской: чтобы иметь добрые нравы, нужны «хорошие законы»; моральная проблема разрешается не специфически нравственными средствами, а на уровне законода­тельно-административной или социально-реформирующей деятельности. Мораль как таковая утрачивает в глазах Гегеля право на самостоятельное существование: она лишь пожелание должного, выражение некоторого идеала, реализация же этих требований — забота государства и права, задача организационно-управленческой деятельности.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Сентябрь 4, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.