Понятие нравственности и морали в этике Гегеля

В такой расстановке акцентов и размежевании двух понятий морали сказалось влияние Канта, хотя его самого заботила в основном не эта альтернатива, а антите­за трансцендентального идеализма натурализму. Но Кант представлял себе своего идейного противника не совсем полно. Французское просвещение не просто после­довательно развивало натуралистическую традицию в философии, но и знаменова­ло собой нарождение в этической теории принципиально нового подхода к мора­ли — социально-исторического. Достаточно вспомнить концепцию общественного договора Руссо, сравнительно-исторические экскурсы Монтескье и Гельвеция, от­четливо выраженную идею социально-практического назначения морали и связи ее с понятием «общего блага», чтобы понять, что в натуралистической форме здесь проясняется понимание общественной природы нравственности. Не случайно, что на почве французского просвещения возникают затем концепция исторического прогресса (Ж. Кондорсэ), французская историческая школа (Ж. Тьери, Ф. Гизо, Ф. Минье, Л. Тьер). По характеристике Маркса, французский материализм впоследствии «вливается непосредственно в социализм и коммунизм» (А. Сен- Симон, Ш. Фурые). Просветители Франции применили более ранний английский материализм «к общественной жизни», «цивилизовали его» [2, т. 2,144,145]. Да и, наконец, сам Кант в своей критике натурализма подвергает отрицанию не про­сто понятие «естественного человека» и его «природы» как основания морали, но вместе с тем и некоторые важные социально-практические измерения нравствен­ности (понятия интереса, целесообразности, общественного блага, историческое развитие морали и пр.). И хотя сам Кант сражался также с теорией нравственного чувства, теологическими доктринами, отчасти со Спинозой, а его концепция была направлена и против всяких универсалистско-метафизических систем, все же его философия практического разума во многом родственна этим абстрактно-духов­ным, внесоциальным интерпретациям морали. Метод рассмотрения нравственнос­ти Канта является умозрительно-спекулятивным (не случайно этическая теория называется у него «метафизикой нравственности»), сама же мораль понимается как область разума и воли, духа, но не социально-практического действия. Кантовский субъективизм в сочетании с универсализмом был затем воспринят И. Фихте, который принцип автономии воли превращает в метод построения всей своей сис­темы трансцендентального идеализма. Немецкие же романтики, опираясь на Канта и Фихте, открыто противопоставляют нравственную (и эстетическую) по­зицию личности всему социально-общезначимому, нашедшему выражение в массо­вом поведении и укладе общественной жизни. Таким образом, действительная проблема в понимании природы морали, как она обозначилась к тому времени, уже не сводилась только к антитезе натурализма и трансцендентального рационализма (как дело представлялось Канту), но и включала противоположность абстрактно- феноменологического и социально-практического подходов к анализу нравствен­ности.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Сентябрь 4, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.