Французский материализм XVIII в

«Общество разума» представляется просветителям реализацией потенций «ес­тественного человека», понятие которого выводится якобы из самой природы вещей, из законов универсума. Но на самом-то деле данное представление о «есте­ственном человеке» имело характер не научной констатации, а идеологического противопоставления феодальному обществу идеалов общества буржуазного. Об этом в свое время метко и глубоко сказал К. Маркс: «Натурализм здесь — види­мость, и только эстетическая видимость… А в действительности это, скорее, — предвосхищение того «гражданского общества», которое подготовлялось с

XVI века и в XVIII веке сделало гигантские шаги на пути к своей зрелости… Пророкам XVIII века… этот индивид XVIII века… представляется идеалом, су­ществование которого относится к прошлому; он представляется им не результатом истории, а ее исходным пунктом, ибо именно он признается у них индивидом, соответствующим природе, согласно их представлению о человеческой природе, признается не чем-то возникающим в ходе истории, а чем-то данным самой приро­дой. Эта иллюзия была до сих пор свойственна каждой новой эпохе» [2, т. 46, ч. 1,17-18].

Французские материалисты, подобно философам XVII в., совершают ту же методологическую ошибку: выводя, как им кажется, определенную моральную по­зицию из натурфилософии, они на самом деле проецируют свое нравственное воз­зрение на устроение мироздания, на извечную человеческую природу. Тем самым исторически необходимое будущее выступило у них под знаком прошлого, предзаложенного, провиденциально предуготованного человеку. Такая морализация ис­тории в форме квазинатуралистического ее истолкования связана и с тем, что мо­ральные детерминанты человеческого бытия остались никак не выделенными среди всех остальных причин и факторов, которые управляют поведением людей, истори­ческим движением и составляют цели социальных акций. Этика же с ее специфи­ческим объектом изучения пока еще не выделилась из общефилософских, антропо­логических и социально-исторических проблем. Человек рассматривается в его синкретической целостности, в которой естественные отправления, психические механизмы действия, личные интересы, способность целесообразного действия, житейское благоразумие и умение добиваться успеха, наконец, нравственные уста­новки — все это составляет нечто единое, неразложимое, в конечном счете одно и то же.

Страницы: 1 2 3 4 5

Сентябрь 9, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.