Второй позитивизм (Мах, Дюгем, Пуанкаре)

«Физическая теория, — полагает он, — не есть объяснение. Это система математических положений, выведенная из неболь­шого числа принципов, имеющих целью выразить возможно проще, полнее и точнее цельную систему экспериментально ус­тановленных законов» [Там же, с. 25]. Однако, исходя из суще­ствующего в среде физиков «непреодолимого убеждения» в свя­зи их теорий с реальностью, Дюгем вводит в свои построения ре­альность наподобие «вещи в себе», не доступной логике, но смутно доступной интуиции ученого. «Не претендуя на объясне­ние реальности, скрывающейся позади явлений, законы кото­рых мы группируем, — говорит он, — мы тем не менее чувству­ем, что группы (экспериментальных законов. — АЛ.), созданные нашей теорией, соответствуют действительным родственным связям между самими вещами» [Там же, с. 32]. То есть реальность вещей нам недоступна, но на установление реальности связей ученый рассчитывать может, если он разработает их «естествен­ную» классификацию. Согласно взглядам Дюгема «теория есть не только экономное представление экспериментальных зако­нов, а она еще и классификация их» [Там же, с. 29]. При этом классификация (фактов и экспериментальных законов) занимает в построении Дюгема место причинности, фигурирующей у реа­листов. Согласно позиции Дюгема в принципе от такой класси­фикации можно требовать, «чтобы она заранее указывала место фактам, подлежащим лишь открытию в будущем». Такую клас­сификацию Дюгем называет «естественной» [Там же, с. 36]. В результате позиция Дюгема формулируется так: «Физическая теория никогда не дает нам объяснения экспериментальных за­конов. Она никогда не вскрывает реальностей, скрывающихся по­зади доступных восприятию явлений. Но чем более она совершен­ствуется, тем более мы предчувствуем, что логический порядок, который она устанавливает между экспериментальными закона­ми, есть отражение порядка онтологического (т. е. самого бы­тия. — А.Л.), тем больше мы предчувствуем, что связи, которые она устанавливает между данными наблюдения, соответствуют связям, существующим между вещами, тем более мы можем предсказать, что она стремится стать классификацией естествен­ной». Правда, последнее оказывается возможным благодаря ин­туиции и чувству ученого и не вытекает из описываемой Дюгемом и Махом структуры научного знания. «В этом убеждении физик не может отдать себе отчет. Метод, которым он пользует­ся, — говорит Дюгем, — ограничен данными наблюдения. По­этому он не может привести к доказательству, что порядок, уста­новленный экспериментальными законами, отражает порядок, выходящий за пределы опыта… Но если физик бессилен чем-ни­будь подтвердить это свое убеждение, то он, с другой стороны, не менее бессилен поколебать его… Он не может заставить себя ду­мать, что система, способная столь просто и легко упорядочить огромное множество законов, с первого взгляда столь мало родст­венных, есть система чисто искусственная» [Дюгем, с. 33—34]

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Сентябрь 11, 2010 | |

COMMENTS

 

Comments are closed.